Архитектор. Глава первая.

Архитектор 2006-2008. Олег ЗАянов.

Беспорядочные мысли, с утра, под музыку джаз, 2006 год. Утро приходило очень медленно. Из моего окна можно часами наблюдать тонкий слой снега на бесконечных ветвях стоящих рядом деревьев. Но сегодня я лишь на мгновение заглянул в него. Совершенно обычное утро совершенно обычного дня. И ни один человек не побеспокоился придумать праздник в этот день.

Может быть, в этом случае это окончательно меня добило, потому что об этом я бы забыл наверняка. Я ведь постоянно забываю дни рождения друзей, а большинства и вовсе не знаю. Но сейчас утро, начало целого дня, веселого, такого, каким его сделаешь ты? Мне не хватило бы сейчас сил даже посмеяться над этой наивной фразой. Ведь надо же: копишь с вечера столько планов, идей, готовишь маршруты поездок, а с утра понимаешь, что все это ерунда, и никуда ты сегодня не поедешь, кроме как на свою работу, и вообще тебе не нравится та девушка, которой еще шесть часов назад ты хотел отправить цветы. Что говорить, утро убивало меня каждый день. Мой гардероб. Шкаф с разбросанными вещами. Когда я в последний раз себе что-нибудь покупал? Вон кем-то подаренный свитер с прошлого рождества, вон мятая футболка. Сейчас мне это уже не кажется смешным. И все там, как в моей жизни – все серое, неинтересное, просто мрак. Для чего мне три зубные щетки, если рядом со мной дохнут даже комары. Если вы никогда еще не видели абсолютно черное тело, то это я – человек с бестолковой работой, без всякой надежды на светлое будущее. Нужно было бы почистить ботинки, хотя на улице грязный снег, и вряд ли кто-то отличит только что натертую кожу от безнадежно испачканной замши. Да и на мнения окружающих мне всегда было плевать.

Сегодня придется ехать на метро, вчера в машине закончился бензин, и я понятия не имею, в чем мне принести его с заправки. Думаю, вам будет не так уж интересно знать внешний вид моего дома, все и так ясно. За все время, которое я здесь живу, лишь однажды я обернулся посмотреть на него, это был здесь мой первый день.

Вид на улице тоже не успокаивал. Погода окончательно сошла с ума. Сейчас середина зимы, а на улице нет никакого намека на снег. Только грязь или тоненький слой белых пушинок на будто бы окаменелой коричневой земле.

Центр города. Находиться здесь просто невозможно. Тут я задыхаюсь, а кто-то еще говорит о каких-то нормах. Только что меня с ног до головы закоптил автобус. Если он и соответствует нормам, то только тем, по которым он еще может двигаться. Со всех углов прямо в глаза смотрят блондинки, собачки и другие обитатели дурдома под названием рекламный бизнес. Я говорю о стендах. Они повсюду. Изображают жизнь, которой не будет ни у одного человека с этой площади. Ими завешен весь город. Этот мир придуман компаниями, изготавливающими всякий хлам, чтобы заставить души людей лихорадить. А они повсюду, даже ночью почувствовать себя уединенным невозможно. И почему люди думают, что их единственная цель на Земле – это скорость? Конечно, многие об этом никогда не задумываются, да и вообще, о многом ли эти многие задумываются? А все-таки? Я постоянно куда-то спешу, просыпаюсь чуть раньше, чем нужно, выхожу на работу минимум за пятнадцать минут каждый день. И все равно это не дает мне замедлить темп, я все равно куда-то опаздываю. Как-то даже заметил, что ходить медленно мне неловко, я становлюсь неуклюжим. А ведь это мне ничего не дает. Истина в спокойствии. Как хорошо, что сегодня я смог побыть в парке, не имея никакой цели почти два часа. Медленно шагая по разбитым камням, я сознал. Нужно было просто остановиться. Это неправильно, что у людей в восемнадцать лет появляются мигрени и невроз, хроническое недосыпание, все это приводит к психическим расстройствам, а итог: итога нет. Он никому не нужен, от этого нет никакого толка. Люди перестали читать – ведь это слишком долго. Убегая от самих себя, не желая контролировать свои мысли, думать, человек сажает себя в черный ящик с наглухо закрытой крышкой. Города становятся все динамичнее, людей эксплуатируют как животных, только все это происходит по их собственной воле, и ради одной цели – деньги. Эта цель преследует всех, от мала до велика. Но нельзя превращать свою жизнь в погоню за всеобщим эквивалентом стоимости. Приехали. Уже всеобщий эквивалент, да и это не очень удивляет. Любовь, расположение общества, чувства и мысли мы научились покупать. Жизнь превратилась в череду непрекращающихся сделок, контрактов. Как только идея обогащения проникает в душу, деньги в максимально сжатый срок уничтожают последние клочки человеческой души.

Центр забит до отказа. Тут невозможно оказаться одному, меня поймет любой, кто был в мегаполисе или наблюдал за муравейником, в который закинуто пару камней. Но, все же, исключения бывают. Человек, которому нужен свет, найдет его даже в темноте, он найдет его в своих глазах. Так вот, несмотря на то, что мой офис находится в самом центре города, он скрыт за вытянувшимся в гору длинным домом. И только одна арка соединяет спокойный тихий дворик со старыми деревьями, оставшимся с бородатых времен маленьким домиком. За аркой – сумасшедший поток автомобилей, грязная мостовая, а зайдя, внутри можно так никого и не увидеть – парадокс. А чем я занимаюсь?! Я стараюсь меньше работать с людьми. Они, готовы повесить себе на уши хоть железнодорожные шпалы, только бы не сломать свое видение мира. Хотят, чтобы им говорили неправду, потому что вряд ли кто-нибудь планирует заглянуть поглубже в себя. Они отгораживают себя от своей же души. А я помогаю им в этом. Я обставляю их жилище вещами, которые отвлекут их от себя. Я всего лишь декоратор, архитектор, как вам угодно. Мы получаем ответы на несколько психологических вопросов, дабы получить картину человека и мира, в котором ему удобно было бы протирать штаны. Сейчас они уже не нужны. Взглянув на человека, сразу можно сказать, где он живет и где бы он хотел жить. Получив за пару лет такую способность смотреть на людей, вне работы стало невыносимо. Дела шли хорошо, ни одной жалобы за последние пол года не было. Но ни в одном из изобретенных мною миров я бы жить не хотел.

Сегодня я прогулял. Прямо перед порогом развернулся и уехал на самый юг. Сел в маршрутку и отправился за город, сам не знаю зачем, обычно я такого не позволяю. И все сегодня было не так, как обычно: трижды я возвращался домой, опоздал на автобус, а в центре меня одновременно обрызгало два автомобиля. Но такие мелочи я вообще стараюсь не замечать.

Сегодня мне захотелось как-то изменить свою жизнь, наверно потому, что с утра я проснулся совершенно разбитым.

Наполовину застывшие озера и поля, их едва ли можно назвать заснеженными, но снега здесь действительно гораздо больше, чем в городе, просто сильный ветер сносил его к воде и обочине дороги. А ветер и вправду очень сильный. Какая же здесь холодрыга. Решил насладиться прогулкой вдоль озера в декабре, просто прекрасно! Замерз до смерти, к тому же провалился одной ногой в воду, пытаясь проверить прочность льда. Думаю, даже немые рыбы смеялись надо мной. Пока выжимал носок и низа брюк – окончательно промок. Пытался построить домик из снега. Разочаровался в своих архитектурных способностях. Воспаление легких было бы совершенно гармоничным завершением сегодняшнего дня и прекрасным оправданием на работе. Можно сказать, я был даже рад. На шоссе стоял маленький кафетерий. Давно я уже так не радовался просто горячей воде, не то, что кофе. Решил вспомнить о своей жизни, о том, что сделал и том, что когда-то хотел сделать, я заглянул в свой дневник. Если бы сейчас даже вулканировал холмик неподалеку от дороги, в закусочной отключили бы горячую воду, да и вообще на нас бы упал самолет с дозаправщиком, я вряд ли бы сильно расстроился. Уже год я ничего не писал. Впервые за полтора года я вообще решил его открыть. Да и последние строчки не сильно натолкнули меня к ностальгии: "Тишина, и ничего не происходит". Но самолеты никак не падали.

Как необычно, что я вообще сейчас здесь сижу. Кажется, мне даже удалось на один день остановить утопический рейс в никуда, остановить время вокруг себя. В любой другой день я бы быстро собрался и уехал домой, или вообще поехал бы к обеду на работу. В принципе, в любой другой день я просто не мог бы оказаться промокшим, в заброшенном кафе у дороги за 50 километров от дома. Поэтому я не встал, когда эта мысль пролетела у меня в голове, где был такой беспорядок. Рядом со мной были люди, которые отличались от тех людей, которых я обычно вижу в центре. Там-то просто зомби ходят с кладбищ, странно, почему голливудские режиссеры не приезжают к нам снимать ужастики. Но вернемся. Одни совершенно раскисшие, обреченные, без надежды и мечты, впрочем, таких и около моего дома было достаточно, у других горели глаза, они чего-то хотели, и к чему-то стремились, но, к сожалению, у нас не страна возможностей и раскрытий талантов, так, место перехода из одного состояния в другое. Я замечтался. А кем был я? Человеком, который все это заметил, ужаснулся, и … Что я сделал? Вернулся к тому же, откуда и пришел. На секунду время вокруг меня остановилось, а в другую, я уронил кружку себе на руку.

Нельзя сказать, что я невезучий. Мне удалось списать на вступительных экзаменах в Университет имени… какого-то ученого, или космонавта, архитектора? У меня есть работа, дом, ну ладно, доля невезения, конечно, присутствовала. Но я знаю, что мне завидовали, или просто не подозревали, какая помойка творится у меня внутри. Вообще интересно, много ли людей недовольных своей жизнью? Людей, напрочь забывших обо всем, что они так хотели сделать. А может быть, взять отпуск, хотя бы на неделю. Боюсь, я пролежу на диване и возненавижу свой потолок. Без обязанности куда-то ехать, у меня исчезнет последнее желание выходить из дома, ведь телефон заказа еды на дом я знаю уже лучше, чем свой собственный. Это не выход, это просто моя лень делает активный рывок полностью взять верх надо мной.

А место, где я сейчас находился, было очень милым, правда. Три стены были из кирпича, на которых висели книги с рецептами всех кухонь мира, а четвертая была вся из стекла с выходом на дорогу. На потолке было четыре люстры. Такие старые люстры, какие все хранят у себя в гараже. Раньше я так любил готовить, не помню, правда, когда в последний раз я занимался этим, но мне очень нравилось. Обязательно надо попробовать вспомнить об этом в следующий раз, когда окажусь на кухне. Но я никогда не готовил для себя. Только, когда приходили друзья.

Впервые за сегодняшний день я почувствовал себя уютно. Правда, тут совершенно не с кем было познакомиться. Мне стало на мгновение одиноко, хотя в любом случае первым я никогда не завожу разговор, поэтому все равно, кто находится рядом. Нужно было встать и возвращаться. А это всегда гораздо труднее. Еще ребенком я обожал выезжать куда-нибудь далеко-далеко, но только наступало время поворачивать назад, я мгновенно утомлялся. Все становилось таким скучным и неинтересным. Я не любил тратить время в транспорте. Наверно тогда я уже ценил это время, это дорогое время, которого так много, когда это совершенно не нужно, и так мало, когда не успеваешь сказать пару слов. Сейчас я даже не знаю, как относиться ко времени. Либо пусть все это быстрее закончиться, либо, о нет, что я говорю. Мне нравиться моя жизнь. Просто я потерялся. Плыву по течению, пытаясь вскарабкаться на стену. Но я ведь знаю об этом, значит ситуация под контролем, все должно быть хорошо.

На улице пошел снег. По ногам пробежал легкий холодок, наверно, неплотно закрывшаяся дверь, либо я и вправду заболевал. Снег падал довольно крупными хлопьями. Оседая на деревьях, не сумев достигнуть земли, он постепенно таял. На ветках стали образовываться сотни маленьких капель, и те, которые набирали достаточный вес, падали вниз. С улицы доносился шум проезжающих с большой скоростью автомобилей, их колеса рассекали только что появляющиеся лужи. И каким бы стремительным не было движение, дорога неумолимо становилась белоснежной. Это было очень красиво. Я уже давно не наблюдал того, как падает снег. Просто наблюдал. Более ни на что при этом не отвлекаясь. Вот бы сейчас поиграть с кем-нибудь. Забыть обо всем и на один день вернуться в детство, когда это было бы совершенно естественной реакцией. Смешно. Почему мы всегда представляем наше прошлое, наше детство в гораздо более светлых тонах, чем это было на самом деле. Никогда снег не был абсолютно белым, никогда, не думая ни о чем, я не валялся в снегу с полным ощущением счастья. Мы стараемся воплотить сейчас наши мечты хотя бы в прошлом, в которое никто уже не заглянет. Заменяем то, что было, на то, что хочется, и то, что все-таки мы знаем об этом, не дает нашим грезам становиться вполне радостными и реальными. Всегда мы находим методы сделать что-то искусственно лучше, и всегда наши воздушные замки разваливались. Да есть ли хоть что-то реальное в нашей памяти? Или память все то, что мы считали своей жизнью – это просто туман. Тоже совершенно не настоящий. И каждый человек может увидеть там все, все что угодно. Весь мир прошлого может стать ему подвластен, вся жизнь может пролететь перед глазами, как за мгновение до смерти… Но все равно это просто туман, который к полудню весь исчезнет, каплями упадет к ногам и проникнет к самому центру. Человек же остается наедине с самим собой. И все, что крутится у него в голове, нельзя с точностью считать правдой. Даже человеку, который сам об этом вспоминает. Значит, получается, что нельзя доверять прошлому. В принципе не нужно жить и будущим. Все что у нас есть – это то, что происходит с нами прямо сейчас. Только это и есть абсолютно реальная атмосфера. Важно только это, и ничего более.

А почему я здесь оказался? Психическое расстройство? Нет, хотя я не об этом. Почему я оказался именно здесь, почему я не уехал за город в какое-нибудь другое место? Все очень просто. Неподалеку отсюда стоит мой загородный дом. Я начал строить его года три назад. Сам. Я ведь архитектор. Дом строили по моему плану. Так до конца я его и не закончил, а ведь все там мне очень нравилось. Недалеко большой лес, озеро начинается в двадцати метрах от дома, в котором менее часа назад я чуть не проверил свои навыки в плавании. Можно сказать, что дом стоит прямо на берегу. Поля – простор для души. Они простираются до самого горизонта. На них можно наблюдать поток облаков, летящих куда-то и ищущих дом где-то далеко, не здесь. Они плывут, кружась вокруг Земли, они подают нам пример, как надо жить, лишь отражаясь в наших глазах. Они никуда не спешат. Как там прекрасно. Поют птицы, и людей практически нет, и здесь они совершенно не такие, как в городе. Словно они прилетели с другой планеты.

Расскажу немного об этом доме. Он двухэтажный. Фасад выполнен белым цветом, ну или немного сиреневым. Зимой он идеально переливается со снегом. Дом состоит из двух частей: основное здание, с огромным витражным стеклом со стороны фасада, растянувшееся на оба этажа и разделенные на четыре большие части абсолютно белым брусом. В этой части здания на первом этаже расположилась очень просторная гостиная, хотя наверняка она казалась мне большой только потому, что я удосужился поставить туда лишь старый журнальный столик и небольшой диванчик. На втором этаже должна быть спальня. Вид как сверху, так и снизу был просто волшебным. Начало большого озера, чуть дальше – шире, а рядом с домом ширина его составляла не более двадцати метров, это потом озеро уходило далее и превращалось практически в море. В детстве мне так и казалось. Так вот, на другом берегу озера был небольшой сад из кустарников. У меня было очень мало времени сажать деревья, поэтому я обошелся газоном и несколькими растениями, которые вкапывал прямо у входа в дом. Вход был слева от основной части. Он представлял собой небольшие сени, с очень удобной лестницей. Я вообще придавал лестницам большое значение, и в доме они получились очень красивыми. В виде спирали, сделанные отдельными дощечками, и издалека кажется, что они ничем не прикреплены и держатся сами собой на весу.

Теперь мы перейдем к самой важной части. Этим я всегда мечтал хвастаться перед соседями, которых у меня так и не было, и друзьями, которые так и не приехали ко мне. Поэтому я хвастался этим перед самим собой. Это был переход из основной части в боковую, там, кстати, должна была быть кухня и, наверное, гостиная. Переход был одноэтажный, выполненный полностью из стекла. Он шел всего четыре метра, но мне очень нравился. Та часть, в которую он переходил, была одноэтажная, хотя высота оставалась прежней, просто после перехода были очень высокие потолки. А внутри дома был балкончик, он шел по краю стены, очень необычно, в виде бельэтажа. Потолок был выполнен в виде арки. Здесь под самым венцом я хотел поставить синие лампы, которые по вечерам создавали бы незабываемую атмосферу. Если говорить о доме вообще, то он был, как вы могли догадаться, прямоугольным, даже слегка вытянутым. Внутри стены были белыми, я вообще люблю этот цвет, это как классика моей души. Двери, рамы и другие декоративные панели были выполнены из настоящего дерева. Белый цвет и цвет дерева удивительно гармонично совмещались друг с другом. В гостиной был камин, бордовый, им я никогда не пользовался, его даже не проверяли. Но все выглядело таким неухоженным и словно брошенным несколько лет назад. Когда-нибудь я обязательно должен был все здесь закончить. Почему я не обставил этот дом раньше, этим ведь я сейчас занимаюсь, наверно, потому, что не живу здесь. А почему я здесь не живу? Мне не нужно очень рано приезжать на работу, а зачастую я вообще могу работать дома, а где можно еще работать, как не здесь. Вот только тут нужно заниматься делом от души, а мне это было непозволительно. Тут простор для фантазии и экспериментов. Ведь это и есть цель моей жизни. Заниматься тем, что я хочу. А я работаю ради работы. Ради того, чтобы просто что-то делать так или иначе связанного с тем, что мне нравится, чтобы не сойти с ума от скуки. Но это не то, что я хочу. Я обманываю себя, откладываю в самый дальний ящик свою мечту. Когда-нибудь я ведь могу и совсем забыть о ней.

Действительно, я был от этого райского для меня уголка земли всего в паре километров. Сегодня я увидел только верхушку айсберга, я ведь не зашел в дом, был только вдалеке. Перешагнув через порог, мне очень захотелось бы что-нибудь сделать, а для этого одного дня недостаточно. Я не хотел травить себе душу. Мой ботинок высох. За время размышлений я согрелся, идти было не так уж далеко. Почему бы не остаться здесь на весь день? Я встал, расплатился и вышел. Две женщины за прилавком, видимо, уже начали спорить, после какой чашки кофе я уйду, и уйду ли я вообще сегодня. Наверно, они обе проиграли.

На улице был день. Пасмурная погода с утра переменилась, иногда даже выглядывало солнце, словно подмигивая мне в дорогу. Дорога была правда грязной, но я не обращал на это внимания. Деревья, стоящие вокруг, склонялись ко мне. Думаю, я был первым человеком, которого они видели за последние три месяца, да еще и снующего туда-сюда. Мне было весело. Действительно весело.

Я заметил, что ветер стал гораздо теплее и медленнее. Воспаление легких мне уже не грозило. Я прошел через деревню, так и не встретив там ни одного человека. Дорога была вся в крупном гравии, он заставлял снег быстрее таять, вследствие чего он превращался в коричневую каменную кашу, по которой было очень тяжело идти в городских ботинках. Далее дорога была в гору через поле по утоптанной тропинке. Если бы не она, я, наверное, утоп бы в снежной грязи. Она проходила через маленький лесок и «ву а ля». Я подошел к своей калитке.

Естественно, был бы я сейчас на машине, я не поехал бы по тропинке, на которой видимо тесно было бы и семейке муравьев, асфальтная дорога лежала по другую сторону моего дома, и идти по ней пешком, давая крюк в пять километров, мне не особо хотелось. Я прочистил свои типично городские легкие, теперь дышалось гораздо легче. Очень странно, что я это заметил, так как жил в итак довольно чистом районе, конечно, бывал в центре каждый день, но никогда не наблюдал за собой преследование выхлопной трубы автомобилей. Я не курил. Видимо, даже то небольшое количество времени в центре, затем просиживание на диване в душном помещении дает о себе знать. Я был пассивным курильщиком, только не просто пассивным курильщиком своего друга. Я был пассивным курильщиком своего родного города.

Во-первых, калитку было тяжело открыть, да и вообще подобраться к ней достаточно близко. Какова проблема? Конечно же, снег. Его мало на дороге, его мало на полях, но у моей калитки снега, как после метели. Миновал час. Словно ребенок, я расчищал снег с таким удовольствием, я очистил не просто дорогу к дому, я вычистил все дорожки, тропинки, все, где вообще можно ходить на моем участке. Я даже вспотел, но работа приносила столько счастья и детской радости. Я открыл дверь. Пахло запахом пустоты и одиночества. Сырые холодные стены, ни души, ничего живого. С одной стороны меня одолел страх, а с другой, желание все изменить, построить тут дом моей мечты, место, где я так бы хотел встретить свои удачи.

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s